Воинская дисциплина во время военного положения перестала быть декларативной нормой. Она стала правовым императивом, за нарушение которого государство применяет жесткие и формализованные санкции. Начиная с 2023 года, подход к ответственности за употребление алкоголя и наркотических веществ в войсках кардинально изменился. Закон № 8271 закрыл возможность мягкого толкования таких действий судами. Практика замечаний и внутренних взысканий ушла в прошлое. Её заменили штрафы, аресты на гауптвахте и системные финансовые потери, которые непосредственно влияют на денежное довольствие военнослужащего.
Статья 172-20 КУоАП остается базовым инструментом реагирования на нарушения дисциплины, связанные с употреблением алкоголя, наркотических или психотропных веществ. Она охватывает не только сам факт употребления. Достаточно появления на территории воинской части или выполнения служебных обязанностей в состоянии опьянения.
Санкции носят безальтернативный характер. Для солдат и сержантов предусмотрен штраф от одной до двух тысяч необлагаемых минимумов доходов граждан — в пересчете от 17 000 до 34 000 гривен. Суд может выбрать другой вариант наказания — арест с содержанием на гауптвахте сроком от десяти до пятнадцати суток. Практика показывает, что оба варианта применяются активно, без формального подхода.
Отдельный блок ответственности касается командиров. Если руководитель не отстранил подчиненного от службы или сознательно не зафиксировал нарушение, административное взыскание накладывают уже на него. Размер штрафа возрастает вдвое и колеблется в пределах от 34 000 до 68 000 гривен. Таким образом законодатель устранил саму идею замалчивания инцидентов как допустимую управленческую практику. Финансовые последствия этим не ограничиваются. Привлечение к ответственности по статье 172-20 автоматически лишает военнослужащего дополнительного вознаграждения за соответствующий месяц. Речь идет о выплатах в 30, 50 или 100 тысяч гривен. В сумме прямые потери часто превышают годовой размер базового денежного довольствия.
Пока последствия ограничиваются самим фактом опьянения, дело остается в административной плоскости. Ситуация меняется, когда действия военного причиняют вред — телесные повреждения, потерю техники, срыв выполнения задачи.
В таких случаях правовую оценку дают уже по нормам Уголовного кодекса, чаще всего по статье 425 о халатном отношении к военной службе. В условиях военного положения эта квалификация приобретает особый вес. Судебная практика последних лет демонстрирует стабильный подход к назначению реальных сроков лишения свободы в пределах пяти–восьми лет. Состояние опьянения суды рассматривают как отягчающее обстоятельство, что фактически блокирует применение смягчений.
Фиксация состояния опьянения остается наиболее уязвимым элементом всей процедуры. Закон требует строгого соблюдения алгоритма. Его нарушение часто становится основанием для отмены постановлений в суде.
Осмотр проводят уполномоченные командиром должностные лица или представители Военной службы правопорядка. Для этого используют сертифицированные газоанализаторы с действующей поверкой. Если военный не согласен с результатом или технические средства отсутствуют, осмотр проводят в учреждении здравоохранения. Отказ от прохождения теста приравнивается законом к подтвержденному факту опьянения. Такая позиция законодателя устраняет любой смысл уклонения от процедуры и упрощает доказывание для командования.
Фиксация нарушения включает составление протокола, проведение осмотра с видеофиксацией или медицинским актом, при необходимости — временное задержание до вытрезвления, а далее передачу материалов в суд.
Право на защиту остается в силе даже в условиях жесткого регулирования. Судебная статистика свидетельствует, что значительное количество дел по статье 172-20 закрывают из-за процессуальных ошибок. Самые частые из них — использование несертифицированных приборов, нарушение инструкций во время медицинского осмотра, отсутствие непрерывной видеозаписи.
Суды также четко различают обращение за медицинской помощью и уже зафиксированный факт опьянения. Если военный самостоятельно обратился в медицинскую часть до каких-либо проверок, это не образует состава правонарушения. Объяснения вроде попыток снять стресс после фиксации факта употребления суды не рассматривают как юридически значимые. Система ответственности в войсках работает без поблажек. Высокие штрафы, потеря дополнительных выплат и реальная угроза уголовного преследования делают употребление психоактивных веществ на службе не просто дисциплинарным риском, а прямой угрозой карьере и свободе военнослужащего.
Можно ли отказаться от прохождения освидетельствования на состояние опьянения?
Нет, законодательство приравнивает отказ от прохождения освидетельствования к подтверждению факта опьянения, что влечет за собой аналогичное наказание.
Что грозит военному, кроме штрафа?
Суд может назначить арест с содержанием на гауптвахте сроком от 10 до 15 суток в качестве альтернативы денежному взысканию.
Влияет ли протокол по статье 172-20 КУоАП на денежное довольствие?
Да, военнослужащий лишается дополнительного вознаграждения (так называемых «боевых») в полном объеме за тот месяц, в котором было совершено нарушение.
Кто имеет право проводить тест на алкоголь или наркотики?
Осмотр проводит уполномоченное должностное лицо Военной службы правопорядка или командир с использованием сертифицированных средств, либо врач в учреждении здравоохранения.
Когда наступает уголовная ответственность вместо административной?
Уголовная ответственность грозит в случаях, когда действия военнослужащего в состоянии опьянения повлекли тяжкие последствия, например, травмирование людей или повреждение техники.
